Свежие новости

09 Дек 2022
БРАТСКИЕ СТРАНИЦЫ ГЕННАДИЯ БУТАКОВА
Новости

БРАТСКИЕ СТРАНИЦЫ ГЕННАДИЯ БУТАКОВА 

РЕДАКТОР ОБЛАСТНОЙ ГАЗЕТЫ «ВОСТОЧНО-СИБИРСКАЯ
ПРАВДА» СЧИТАЛ, ЧТО «МУЗЫ НЕ УЖИВАЮТСЯ С БЕДНОСТЬЮ»

Когда в 2010 году в Иркутске были напечатаны воспоминания Геннадия Бутакова «Мне и вправду везло…», он был ещё жив. Представляя новую книгу мемуаров почётных граждан Иркутска, директор МУК «Музей истории» города Иркутска Ирина Терновая тогда дала автору такую характеристику: «Геннадий Михайлович Бутаков – иркутский журналист. 18 лет, с 1986 по 2004 год, он редактировал газету «Восточно-Сибирская правда». …Г.М. Бутаков и сегодня деятелен. Он председатель ГЭКа факультета филологии и журналистики ИГУ, член учёного совета Музея истории города Иркутска, член президиума областного отделения ВООПИиК. Сотрудничает с прессой, продолжает исследовать топонимику Приангарья». А мы обращаемся к воспоминаниям бывшего редактора бывшей когда-то партийной газеты. И это связано с тем, что в жизни Геннадия Бутакова город Братск и братчане занимали отдельное место.

Ирина ЛАГУНОВА, фото из книги воспоминаний Геннадия Бутакова

Известно, что экс-редактор «ВСП» был большим библиофилом. Его квартира в Иркутске была заставлена книжными стеллажами. Друзья Геннадия Бутакова вспоминали, что «на полках – безбрежное море – от Брокгауза и Ефрона до Эдуарда Лимонова. И это несмотря на то, что значительную часть своего библиораритета он передал музею Иркутска». В 1978 году Геннадий Бутаков с семьёй переехал из неблагоустроенного домика на улице Грязнова в обкомовский дом на улице Ленина, 40, в трёхкомнатную квартиру. А позже Бутаковы перебрались на улицу Партизанскую, в ещё более просторные «апартаменты» – домашняя библиотека «потребовала», она больше не умещалась в комнатах на Ленина. В личной библиотеке редактора насчитывалось больше 10 тысяч томов.

БРАТСКИЕ СТРАНИЦЫ ГЕННАДИЯ БУТАКОВА

Между тем, география биографии Геннадия Бутакова не ограничивается только Иркутском, где он провёл большую творческую часть своей жизни. В книге воспоминаний он пишет о своём «братском» периоде. Хорошо понимая, что многим из нас сейчас интересна каждая строчка из истории города, приведём здесь небольшой отрывок из его книги. Тем более, что книга воспоминаний издана очень маленьким тиражом – 300 экземпляров, и скорее всего, не многим удастся когда-нибудь подер­жать её в руках.

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ О СТАРОМ БРАТСКЕ

«Закончил я школу в старом Братске. Дело в том, что весной 1958 года отец перевёз семью из Тайтурки в Ангарскую лесоперевалочную базу, расположенную как раз напротив острожного села. Строилась Братская ГЭС, освобождалось ложе будущего водохранилища, надо было успеть скосить и вывезти хотя бы ангарскую сосну и лиственницу.

Строго говоря,  «легендарный Братск» — и есть это почерневшее от времени и притихшее от скорой неминуемой кончины село, а не новый город при ГЭС. Это первый ангарский форпост завоевания Сибири, его посевы горели и гибли «годовики» при набегах, организуемых «немирными» енисейскими кыргызами.

Левобережная протока, в которую проносила свои воды впадающая чуть выше Ока, потому и назвалась Кровавой. Вот острожная башня, в которой бедствовал неистовый протопоп Аввакум. Неподалёку вторая. Рядом церковь, превращённая в клуб, и остатки сапог на постаменте от вырванного в спешке памятника Иосифу Виссарионовичу. Таким я застал старый Братск.

Утопающая летом в зелени бревенчатая двухэтажная школа, учительские династии потомственных сибирских интеллигентов, бережно пестующих подрастающую поросль. Вечное спасибо вам, Людмила Михайловна Карпова, за то, что вы умели заметить в наших глазах Божью искру. Школа выделялась спортивными достижениями, особенно лыжными. В нашем классе Боря Пороценко и Володя Беломестных (позднее он станет председателем областного общества «Локомотив») выбегали на «десятке» за мастерский норматив, перворазрядниками были Алла Проскурякова и Лёша Сухих. Даже я стал разрядником.

Наш посёлок и строился как времянка. Ряды сборно-щитовых домиков на склоне меж двух сопок, лесоперевалочное хозяйство на берегу, рядышком лесоповальная зона с колючкой, прожекторами и бараками. Школа-восьмилетка в посёлке была, а вот в 9-ом и 10-ом классах мы уже учились в старом Братске. Летом старшеклассников (благо, их было немного) перевозил попутный кошельный катер серии «Д» («Дон», «Дунай», «Днестр»). Зимой, когда бульдозер срубал двухметровые ледяные торосы вставшей Ангары, ходили пешком через реку, а ширина её, не соврать бы, километра три.

БРАТСКИЕ СТРАНИЦЫ ГЕННАДИЯ БУТАКОВА

А вот весной и осенью, во время ледохода и ледостава, добираться приходилось по шпалам дороги Тайшет-Лена, по мосту над Похмельным порогом и через гору Заверняйку. На горе Заверняйке, нависающей над рекой, где поворачивали к пристани «Карл Маркс» и «Фридрих Энгельс» и откуда открывался потрясающий вид ангарских просторов, мы и попрощались со школой.

В девятом классе я увлёкся фотографией. Купили мы с дружком Володей Кузнецовым фотоаппараты «Смена», фотоувеличители, ванночки, химикаты и без устали снимали уходящую и приходящую натуру – острожные башни, родную школу с её обитателями, густущий травостой ангарских островов, сужающиеся прораны и растущие котлованы ГЭС, опоэтизированные палатки Постоянного и ту, ставшую легендарной, наскальную подпись: «Здесь будет построена Братская ГЭС» на Падуне. Жаль, что при последующих переездах семьи (я уже жил в Иркутске) негативы, да и многие отпечатки, не сохранились».

БРАТСКИЕ СТРАНИЦЫ ГЕННАДИЯ БУТАКОВА

ЖУРНАЛИСТИКА

В 1961 году судьба привела Геннадия Михайловича в Иркутский госуниверситет. В тот год там открылась специальность «журналистика». Экзамены он выдержал: две четвёрки, две пятёрки. Но первых принимали «стажников», и ему места на «журналистике» не хватило. Однако на филфак его взяли. От учёбы и от преподавателей у Геннадия Бутакова остались самые тёплые, почти нежные, воспоминания: Анна Петровна Селявская, Надежда Степановна Тендитник, Надежда Владимировна Ковригина, Леонид Леонтьевич Еромлинский… Спустя годы, в начале восьмидесятых, у этих же преподавателей учились и мы — последний выпуск журналистики ИГУ советской эпохи.

Геннадий Бутаков вспоминал, что времени в студенческие годы хватало на всё. «Днём можно было «потасоваться» во фрондирующей «Молодёжке», где на дверях редакторской приёмной красовалось четверостишие Пети Пиницы:

Ах ты, сука-романтика,

Ах ты, Братская ГЭС!

Я поехала с бантиком,

А приехала без».

Правда, чуть позже в нашем студенческом фольклоре две последние строчки звучали немного иначе: «Я приехала с бантиком/ А уехала без».

В книге Геннадия Михайловича много фамилий, которые сегодня, спустя годы, греют душу братчан, читавших ещё газету «Красное знамя», а в ней тогда работал Леонид Войлошников. Он был другом Бутакова, в годы их совместной молодости работал нижнеудинским собкором «Восточки».

А вот ещё один эпизод из биографии: «Молодёжка», в которую я пришёл устраиваться на работу, с одной стороны, здорово изменилась, а с другой – осталась прежней. Ушли из конторы «старики» — Лёня Ермолинский, Володя Жемчужников, Женя Суворов, Саня Вампилов. Сменился редактор, после Виктора Комарова и Леонида Ханбекова пришёл Василий Жаркой». И это имя старшему поколению братчан тоже известно. Василий Жаркой какое-то время, до учёбы в Москве на высших партийных курсах, работал редактором «Красного знамени» в Братске. Здесь же, в «Молодёжке», по словам Геннадия Бутакова, работал «братский собкор Коля Кривомазов». Жизнь в редакции была развесёлая и удалая, но не одними шутками и розыгрышами жил коллектив. «А ударные стройки, а молодые герои тех дней – Борис Гайнулин, Виктор Лакомов, Алексей Марчук, люди, благоустраивающие жизнь». Весной 1973 года Бутакова пригласили на работу в «Восточку». И вот на страницах мемуарной книги снова замелькали знакомые братчанам фамилии. «Сельхозотдел размещался в самом углу второго этажа, за проходным кабинетом отдела информации, два окна на задворки «Гиганта»». Здесь, в сельхозотделе, в своё время, до перевода в братскую газету «Красное знамя», работал Юрий Подскочин. Отдельные строчки Геннадий Бутаков посвятил собкорам «Восточки»: «Некоторые собкоры десятилетиями вели летопись своего города. Едва ли не с первых палаток Братска работал Леонид Игнатьевич Даниленко. Он передал эстафету Владимиру Монахову». Владимир Монахов, как известно, и по сей день живёт в Братске. Публичности избегает, но по-прежнему остаётся уважаемым ветераном братской журналистики, а имя его нет-нет, да и всплывает где-то в профессиональном сообществе.

Лёгкий флёр тоски и ностальгии по советской газете в воспоминаниях Геннадия Бутакова, бывшего редактора «Восточно-Сибирской правды» — газеты-рупора партийной прессы, конечно, чувствуется. «Регулярные обзоры печати, семинары, поездки по области и стране в поисках передового опыта – всё это было. За сегодняшней свободой редакций проглядывает какое-то сиротство и заброшенность», — верно подметил Геннадий Михайлович.

Ну и напоследок в своих воспоминаниях редактор на заслуженном отдыхе Геннадий Бутаков обратил внимание ещё на одну особенность журналистской работы, и не только журналистской, а любой творческой: «Музы не уживаются с бедностью. Бедность часто бывает завистлива и мстительна, старается подравнять всех под свой некорыстный рост. Сорвавшись в провинциальность, город стал отпугивать и вытеснять талантливых и неординарных людей». 

Похожие статьи