Свежие новости

ИЯ ПРИБЫВАЛА НА ГЛАЗАХ
Новости

ИЯ ПРИБЫВАЛА НА ГЛАЗАХ 

05.07.2019

Сегодня уже все спокойно. Я в Братске, восстановлена дорожная связь по федеральной трассе по Тулуну. Уходит шальная вода сибирских рек, еще больше оголяя масштаб природной стихии. Неделю назад такие последствия наводнения Ии трудно было представить, хотя уже дали о себе знать Уда и Бюрюса.

За час до большой воды

В прошлую пятницу с утра родились планы по поездке на Родину. 29 июня было запланировано празднование 85-летия со дня образования Куйтунского района, в программе которого значилась церемония присвоения звания «Почетный гражданин Куйтунского района» моей маме. Решение районной Думы по этому поводу состоялось месяц назад, а чествование было намечено на празднование юбилея района. Ровно к 18.00 мы въехали по знакомой трассе в Тулун. Почему-то на сей раз захотелось свернуть с «федералки» и проехать по центру. Тулун — город мне не чужой: здесь живут три двоюродные тети, в тулунской церкви я крещена за две недели до первого класса. Бабушка почему-то решила, что без свершения этого таинства в школу мне идти нельзя. Тогда, неделю назад, вспомнился и этот факт, и первая редакционная командировка на Азейский угольный разрез, только что принявший первый шагающий экскаватор. Из окна у здания мэрии полюбовались на серебрящийся цинковым покрытием памятник Ленину на двухметровом постаменте. Центр города держался спокойно, хотя информация о подъеме воды в Ие была известна. В 18.20 после круга почета по Тулуну мы спустились на федеральную трассу в районе автовокзала. Здесь уже приметы наводнения были налицо: кругом много народу, через проулок напротив вокзала прямиком к его зданию несся поток грязной воды. Колеса нашего семейного мини-вена она покрывала целиком.

Миновав 30 метров потопа, мы обратили внимание, что уже за пределами автовокзала, путь к которому отрезан водой, на обочине идет посадка в маршрутку до Иркутска. Еще 500 метров — и мы на Ийском мосту. Смутила и удивила масса народа на нем, казалось, там полгорода. С обеих сторон мостового перехода толпы зевак, рядом на стадионе их авто. Все снимают на телефон прорвавшуюся слева дамбу и уже подмытые в этой низине дома. Они, кстати, даже от небольшого подтопления страдают регулярно. Основная дамба вдоль Ии тем временем надежно высилась вдоль берега, защищая девятиметровым земельным отвалом город. Казалось бы. Буквально за Азейским разрезом, что сразу за Тулуном, вдруг стали поступать звонки от братских друзей с вопросом о моем местонахождении и информацией о том, что проезд по городу закрыт. Проверила на сайте Упрдор Прибайкалья. Все верно.

Но мысли были о родном селе. Еще чуть больше часа — и мы в Уяне, красивом селе на Оке. Сразу подъезжаем к реке. Воды с краями и она вот-вот пойдет по полотну моста, соединяющего две части села. Здесь уже дежурят представители МЧС, местный участковый, глава поселения. Транспорт не пускают, все пешие перемещения под контролем и только под роспись сотрудника МЧС о проведенном инструктаже. Когда сегодня говорят о бездействии местных властей, на примере Уяна не соглашусь. Домашний ужин по поводу нашего приезда был омрачен тревогой за односельчан, чьи дома находятся вдоль Оки, увиденной в соцсетях фотографии того самого памятника Ленину в Тулуне, на которой вода скрыла и постамент, и металлическое тело вождя по пояс. Но еще больше тревожила поступающая информация от родственников из Тулуна. Одна тетя с семьей к позднему вечеру 28 числа уже покинула свой дом в районе лесозавода. Их приютила сестра, т.е. вторая тетя, что живет в безопасной зоне микрорайона Угольщиков. О третьей информация с каждым часом была все печальнее. Опасения подтвердились.

Не оценили ситуацию

Двоюродная сестра мамы, она же подруга и одноклассница тетя Тася с мужем дядей Колей Немцевым жили на ул. Карбышева в Тулуне с начала шестидесятых. Здесь построили дом недалеко от реки, в нем провели молодость и встретили старость, отметив в этом году свои 80-летние юбилеи. В ту минуту, когда мы ехали по Тулуну, дочь Немцевых Таня приехала к родителям, чтобы вывезти их из опасной зоны. Тетя Тася засобиралась, но супруг принял решение остаться в доме, мол, вода еще далеко. Не согласилась уезжать без мужа и тетя. Через три часа они позвонили дочери, сообщив, что уже сидят на столе, а под ними в доме шумит вода. Татьяна пробовала прорваться к родителям, но все пути уже были отрезаны. Пропала и связь.
У всех родных первые дни была надежда, что стариков могли вывезти спасатели, но поиски по эвакопунктам, которые разместились в школах Тулуна, результата не дали. Все дни высокой воды Таню сотрудники МЧС подвозили на лодке к дому родителей, ушедшему под воду с крышей. К вечеру воскресенья, когда вода опустилась до окон, стала ясна их судьба. В среду, 3 июля, супругов Немцевых — жертв наводнения 2019 года — похоронили на их родине у другой реки: в поселке Большая Речка на Ангаре. Родные приняли эту трагедию как стечение обстоятельств, никого не обвиняя, не осуждая. Помощь людям приходила, но они сделали свой выбор.

Соседское братство

В родном селе и в целом по Куйтунскому району обошлось без человеческих жертв. Ока, которая сродни Ии берет свое начало с Саянских хребтов и впадает в Братское море, выходит из берегов с завидной регулярностью. Были глобальные наводнения с подтоплением домов в 1984-м, 1996-м годах. Одно из них подчистую смыло и унесло мощным течением гордость села — маслозавод. С тех пор прибрежную улицу Окинская власти Уяна признали опасной для проживания, перестали регистрировать в домах граждан.
Но жить у реки всегда было престижно: здесь красиво, вольно, свежо, рядом рыбалка, припаркованная лодка. Поэтому отважные семьи, отдельные граждане восстанавливали свои дома или отстраивали новые. Отсутствие регистрации не означает забвение. Поэтому и в нынешнее наводнение спасатели, местные власти, мэр Куйтунского района Алексей Мари, службы ГИБДД, полиции, социальной защиты все три дня с 29 июня по 1 июля держали во внимании, патрулировали села на Оке — Уян, Барлук, Усть-Каду. Проводили эвакуацию граждан из опасных зон, оценивали ущерб от затопления в тех усадьбах, которые только огородами спускаются к реке. Масштабы затопления в нашем селе в разы меньше, чем в Тулуне, но район три дня жил в напряжении.
К чести моих земляков-куйтунцев, отменили они и давно планируемый праздник по случаю юбилея района. Позиция властей была однозначной – мы не можем гулять и пускать салюты, когда у соседей-тулунцев такое горе. Готов был Куйтун и к приему населения в случае эвакуации Тулуна.

Город, где города нет

В очередной раз в Тулун с подругой мы попали поздним вечером 1 июля. Федеральная трасса по-прежнему была закрыта, добирались поэтапно. Вначале машиной до станции Куйтун, затем электричкой до Тулуна, привокзальный район которого, к счастью, не пострадал.
При подъезде к городу картины потопа из соцсетей стали реальностью. Автодорога вдоль «железки» от Шерагула до окраины Тулуна со стороны Иркутска была буквально залеплена транспортом всех видов. На обочинах дымились стихийные поварни. В местах лесных опушек люди от солнца прятались под натянутыми между деревьями покрывалами. Вид за окном ближе к городу поднял с мест всех пассажиров забитой электрички. Перевернутые дома, дрейфующие теплицы, бревна, кучи мусора на месте недавних пейзажей с молодым пролеском, ручейками и дружно взошедшей в огородах картошкой.

На станциях Азей, Пригородная – это уже совсем под Тулуном, почти как в фильмах о военном положении, сотни людей. Они с канистрами, бутылями воды. Большинство с детьми. В отсутствии проезда по федеральной трассе, в центр города можно было попасть только электричкой. Сам вокзал Тулуна и привокзальная площадь своей атмосферой тоже подтверждали чрезвычайную обстановку. Сотни машин, автобусов. Множество молодых парней в грязных футболках и брюках с завернутыми до колен штанинами быстро направились к нашей электричке разгружать коробки. Возможно, это была помощь из Зимы — места формирования нашего электропоезда. Усталый и отрешенный вид этих ребят говорил о том, что это не первая разгрузка.
В магазины мы не заходили, но когда сделали с подругой остановку в Тулуне у ее родных, живущих близ вокзала на ул. Ломоносова в не пострадавшем районе, зашел разговор о слухах относительно резкого скачка цен на хлеб, воду. Не подтвердилось и верить в это не хотелось. Все три часа мы говорили с тулунчанами о случившемся. Хозяйка Валентина просила нас еще задержаться, вот-вот должен был появиться ее сын Сергей. Он инкассатор и с начала наводнения на ногах. Ездил за деньгами в Нижнеудинск, следит с коллегами за наполняемостью банкоматов. Сергея в тот вечер мы не дождались. Пришла машина из Братска, и нам предстояло проделать последний отрезок сложного пути к дому. Сложного не столько самим маршрутом, сколько впечатлениями от увиденного в Тулуне.

Из Братска, от Поли

Первую остановку встречающая нас машина из Братска планово сделала на въезде в город. Здесь, прямо на спуске с моста, через железнодорожное полотно разбит палаточный пункт приема гуманитарной помощи как жителям, пострадавшим от наводнения, так и водителям, которые трое суток стояли в пробке по причине закрытия дороги на Иркутск. На этом месте встречающая нас «Тойота» разгрузила багажник и салон.
С утра 1 июля, когда стало известно, что нас необходимо встретить в Тулуне, дочь моей подруги, молодая девушка, воспитатель детского сада Полина Якубовская первым делом связалась по телефону с мэрией Тулуна, чтобы узнать, куда можно передать помощь. Получив информацию, объявила клич в соцсетях о сборе средств, товаров. Кто из Полиных подписчиков откликнулся, кто нет, но к вечеру девушка с папой забили машину нужными вещами. «В Тулуне у палатки гуманитарной помощи, — рассказывала Полина Якубовская, — у нас все с радостью и благодарностью приняли. Особо рады были предметам личной гигиены. Постельное белье привезли, воды питьевой у нас много было, правда, пятилитровых бутылей в Братске мы уже не нашли. На последний перевод от Андрея Шалаева я успела еще памперсов докупить».

Слушая рассказ Полины, мы на выезде из Тулуна опять миновали караван застывших «в пробке» уже со стороны Нижнеудинска фур. Потом скопище машин было на стоянках в Целинном и Гуране. Огни костров в лесочках говорили о том, что и там переживают дорожный коллапс путники. А еще раньше, когда проезжали мимо палатки сбора помощи, обратили внимание, что, несмотря на ночное время, вокруг нее многолюдно, разгружались машины. Людям шла помощь.

Алла ТИРСКИХ

Похожие статьи