Свежие новости

ЮРИЙ ШАРЫПОВ: «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ЖИЗНЬ, И НАДЕЮСЬ, ЧТО ЭТО ВЗАИМНО…»
Факт

ЮРИЙ ШАРЫПОВ: «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ЖИЗНЬ, И НАДЕЮСЬ, ЧТО ЭТО ВЗАИМНО…» 

08.05.2019

Старший мастер производственного обучения Братского политехнического колледжа Юрий Андреевич Шарыпов – очень известный человек в городе. Многие говорят, что он, как любой производственник, любит порядок и дисциплину, отличается безупречностью во всем. Накануне его очередного юбилея рассматриваем старые пожелтевшие фотографии, вырезки из газет. Завтра Юрию Андреевичу исполнится 80 лет, и мало кто этому верит. Но стоит только послушать его биографию, как тут же невольно соглашаешься с тем, что ничего удивительного в том, что он такой молодой и такой современный. Ему все интересно, для него важно все, что происходит в жизни. Он любит людей – любит родных, любит своих учеников, своих коллег по работе. С огромным почтением относится к городу, в котором прошла его молодость, и уважает его историю. Все новые и старые знакомые, независимо от возраста, проникаются к Юрию Андреевичу огромной симпатией и доверием. Бывают люди, которым сразу безоговорочно веришь. Он – такой. Интересный факт: Юрий Шарыпов не только передовик производства в прошлом и мастер производственного обучения в колледже сейчас, он еще и талантливый исполнитель-вокалист – творческий человек. Он и физик, он и лирик – редкое сочетание.

Ирина ЛАГУНОВА, фото из домашнего архива Юрия Андреевича Шарыпова

— Вот это я после армии, в 1961 году, перед тем, как приехать в Братск, — вспоминает Юрий Шарыпов, перебирая фотографии.

Юрий Шарыпов служил в Средней Азии, в Туркестанском военном округе. В декабре 1961 года из воинской части со станции Арысь на строительство Братской ГЭС по путевке были отправлены шесть человек – он в их числе. В Казахской ССР Юрий Андреевич родился-крестился, ушел в армию на три с половиной года. В армии его направили на учебу младших командиров в город Чарджоу, в дивизионную школу сержантов — проучился девять месяцев, получил звание младшего сержанта и снова вернулся в свою воинскую часть. Стал командиром отделения, потом комвзвода. В школе младших командиров окончил курсы водителей и получил права. А до этого были еще 9 классов среднего образования и «фазанка» — так тогда называли фабрично-заводские училища.

Как получилось, что после демобилизации он отправился в Братск? Конечно, по собственному желанию, говорит он.

— Тогда было только так. Мы — молодые, нам хотелось строить. Мы гордились тем, что едем на великие стройки. «Родина сказала: «Надо!», комсомол ответил: «Есть!». Но сначала у меня появилось желание поехать в китобойную флотилию во Владивосток. Тогда туда тоже набирали, и мне очень хотелось побывать на море. А потом сложилось так, что кто-то из тех, кто раньше из нашей части подавал заявку в Братск, отказались – родители забеспокоились и отговорили их. Подходит ко мне замполит и говорит: ну, товарищ сержант, что будем делать? Какие проблемы, ответил я, мы всегда готовы.

Юрий Шарыпов к тому времени уже давно научился принимать самостоятельные решения и отвечать за все свои поступки. Детство и юность оказались для него не особенно радостными. Он из большой семьи – шестеро детей, но родителей у него не было. И об этом времени своей жизни он вспоминает неохотно.

— К тому времени, когда вы поехали в Сибирь, вы знали, что существует такой город Братск?

— Понятия не имел. Нигде не читал, но что-то немного слышал о стройках. Мне тогда был 21 год.

Он приехал в Братск по комсомольской путевке, когда не существовало еще ни самого города, ни БрАЗа, ни БЛПК. Вместе с ним на перрон из вагонов на станции Анзеби в лютую сибирскую зиму высыпала молодежь – красивая, подтянутая, бесстрашная и готовая на созидательные подвиги. Молодежь, только что отслужившая в рядах Советской армии. Никакого налаженного быта им никто не предлагал, да они об этом и не думали. Главное, что весело, и они приехали на великую стройку, где собралась вся молодость страны.

— Мы приехали в воскресенье. Нас встретили торжественно, с духовым оркестром, и поселили в бараки в поселке Строитель. Бараки новенькие, доски — свежепокрашенные, мы все вывозились в суриковой краске. Первую ночь переночевали на полу, а утром пришел комендант и все необходимое нам выдал. Все на высочайшем уровне, кормили великолепно, была хорошая столовая. Нас ждали. А ведь до нашего приезда здесь еще стояли палатки и рабочие руки были очень нужны.  

Ну а дорожные впечатления оказались самыми прекрасными – ехали тоже с музыкой и песнями, играли на гитарах. Нас довезли до Тайшета и высадили на деревянном вокзальчике. Нас было много – все рода войск: моряки, пехотинцы, танкисты. И все на Братск. Конечно, мы перезнакомились еще в поезде. И все-таки я думаю, что сейчас такой энтузиазм тоже можно себе представить. Анзеби встречала десант 45-градусным морозом. Мои яловые сапоги сразу побелели. В северном Казахстане, конечно, такое тоже случалось, но там еще ко всему плюс ветра. Для меня это не ново. А для молдаван, белорусов это оказалось неожиданно. Многие из нас росли без родителей. Мы — сами себе вольные люди.

И, конечно, у Юрия Шарыпова были хорошие, здоровые амбиции. Его быстро приняли на работу шофером в автотранспортный комбинат Братскгэсстроя. Но его устраивал как минимум «краз» – ни больше ни меньше. На «зилы» он даже не смотрел. Однако для того, чтобы добиться поставленной цели, ему предстояло как следует потрудиться в автослесарной мастерской. Это была отличная практика для будущего профессионального водителя, который начинал свою трудовую биографию на котловане БЛПК, а позже и на строительстве других заводов и Усть-Илимской ГЭС. Так получилось, что Юрий Шарыпов всегда был в центре внимания, всегда вокруг него кипела жизнь. Спустя четыре года, в 1965-м, его не случайно назначили бригадиром водителей. Заглядывая в будущее, скажем, что через пятнадцать лет он уже стал начальником РММ, а в 1986 году его «забрали» в колледж…

— Мы по профессии автомобилисты, и я сразу поехал в АТУ-3, — вспоминает Юрий Андреевич. – Надо мной тогда посмеялись, сказали, что салага мечтает на 12-тонную машину, а от «зилков» нос воротит. Но я сказал, что я все равно буду работать на «кразе». В АТУ нас встретил начальник базы фронтовик Александр Захарович Самыкин. Обрадовался, сказал, что солдаты ему нужны. И мы не подкачали – только что из Советской Армии, гордость страны, наглаженные-отутюженные, со значками. Но нам предложили на первых порах поработать автослесарями. В это время их на производстве не хватало. Строительство только начиналось, автомашины надо было ремонтировать. Машин много, организация громадная – порядка 900 машин, и из них порядка 100 «кразов». Условия тогда еще были жуткие, чтобы ремонтировать машины в морозы, разжигали костры. Но нас это не пугало. Мы набирались опыта, и про свои цели не забывали. Я тогда решил: раз надо — значит надо. Захаров нам так сказал: поможете нам встать на ноги, и мы вам вручаем «кразы». Мы проработали автослесарями месяц, а потом на них и пересели. Так начинались мои трудовые будни. Возили песок, диабаз, гравий, глину, песчаник. Начинал со строительства БЛПК.  

В шестидесятые годы большое значение придавалось общественной работе. Активистами были почти все – занимались спортом, выполняли комсомольские поручения, обязательно записывались в художественную самодеятельность. Кто-то от общественной работы со временем отходил, а Юрий Андреевич свою заинтересованность ко всему, что происходит в городе, не потерял и сейчас. Позже многое в его жизни еще случалось. В середине восьмидесятых на работу высококвалифицированным специалистом в профессиональное училище его пригласил давний друг и бывший коллега Анатолий Шпет. И с тех пор он остается наставником и учителем для тех, кого называют «золотые руки» на производстве. А вообще если бы судьба распорядилась немного по-другому, то быть бы сейчас Юрию Андреевичу вокалистом на больших сценах. Его вокальные данные заметила еще в конце пятидесятых годов художественный руководитель Дворца культуры при воинской части, где он служил, и написала для него рекомендательное письмо своей маме — профессору Ленинградской консерватории. Кстати, свой первый диплом лауреата, которым он и до сих пор гордится, Юрий Шарыпов получил тогда же на одном из смотров воинских частей в Ташкенте. Он спел тогда арию «Сусанин».

— Такие вот были у меня перспективы, — вспоминает Юрий Шарыпов. – Ленинград – это Ленинград. А Братск — молодой цветущий город. Его строила вся страна. И я поехал в Братск. Но я ни о чем не жалею. Здесь моя жизнь, хорошие люди, друзья.   

Кстати, вокальный талант привел к тому, что в девяностые годы Юрия Шарыпова пригласили в Америку на «Игры доброй воли». В США он был дважды. И оба раза вспоминает с теплотой. Это были необыкновенные путешествия.

— Нас расселили по квартирам музыкантов, тогда для нас открылись двери других стран, — вспоминает Юрий Андреевич. – В 1990 году мы ездили в Сиэтл вместе с Ганькиным, Русяевой и группой танцевального ансамбля «Огоньки», а в 1992 году я выезжал в США вместе с академическим хором под руководством Рацкявичуса. Впечатления были невероятные. Нас тепло встречали, и я тогда спел на огромном стадионе русскую раздольную песню и получил бурю аплодисментов. Так мы начинали дружбу с другими народами после железного занавеса.

Пять лет назад, когда Юрий Андреевич Шарыпов отмечал свой очередной юбилей, местная пресса писала о нем так: «Это педагог с активной жизненной позицией, сохранивший оптимизм, молодость, доброту и щедрость души. Его авторитет у сотрудников и студентов колледжа безграничен». И ведь с тех пор ничего не изменилось.   

Похожие статьи