Свежие новости

06 Фев 2023
Открытие и гибель Дубынинских писаниц
Новости

Открытие и гибель Дубынинских писаниц 

В прошлом году в нескольких номерах газеты (№43 — №49) мы рассказали об истории создания  музея «Ангарская деревня» и о том, что без Октября Леонова и многих других людей образцы деревянного зодчества средней Ангары — свидетельство того, что русская культура существует здесь уже несколько сотен лет —  могли исчезнуть навсегда.  Однако не все братчане знают, что в эти же годы не удалось спасти Дубынинские писаницы —  мировой памятник истории каменного века, который, вероятно, ничуть не менее ценен, чем алтайский Аркаим эпохи «бронзы». С большой долей вероятности Дубынинские писаницы утеряны навсегда. В этом номере «Знамени» вы можете прочитать историю их открытия и утраты, а также увидеть некоторые из произведений древних художников.

Открытие и гибель Дубынинских писаниц

Когда-то, по меркам каменного и бронзового веков, территория Братска и района была густо населена. Если вы хотите побывать в местах, где тысячи лет назад точно ступала нога сибирского аборигена, просто пройдитесь по берегу Курчатовского залива –  вот здесь, например, она ступала, именно здесь в начале 70-х нашли каменные орудия труда.

Только на территории, прилегающей к водохранилищу, известно более двухсот стоянок древнего человека. И надо понимать, что эти поселения на возвышенностях – явление не частое. Под воду, вероятно, ушли ещё сотни и сотни стоянок и артефактов, которые были расположены ближе к Ангаре. Разумеется, на протяжении тысячелетий все эти «наследившие люди» жили не одновременно. Фантастическим образом оказавшись вдруг шесть тысяч лет назад на горе Пихтовая, вероятно, вы бы не увидели вокруг обозримого пространства даже нескольких дымящихся костров (возможно, в какое-то время здесь вообще была степь), но факт – эта территория была привлекательна для жизни всегда.

Первые наскальные рисунки на реке Ангаре были открыты еще в 1725 году экспедицией Даниила Готлиба Мессершмидта, которую снарядил Пётр Первый.

Экспедиции академика Окладникова* тоже находили писаницы.** В сущности, считалось, что Ангара исследована чуть больше, чем полностью, и ничего нового и уникального найти здесь невозможно.

В самом начале ноября 1975 года, когда в Долгом пороге Ангары, он же Дубынинский, работала экспедиция по подготовке к вывозу диабазовых блоков с наскальными рисунками, найденными А.П. Окладниковым в 1937 г. и мной в 1974 г.,  попросил я бакенщика Ивана Дубровина отвезти меня на правый берег порога, походить, поискать… наскальные рисунки. 

Октябрь Леонов, «Путь к звёздному часу»

Газета «Советская молодёжь» 10 августа 1976 года

Иду искать

«Внезапно – перед Леоновым открылись первые картины, точно окно в каменный век. Извивались под ударами змеевержца каменные змеи, лениво шевелили плавниками каменные рыбы, а загадочные лица с круглыми глазами походили на портреты космических пришельцев».

<…>

Позже Леонов скажет мне, что он эти рисунки ВЫЧИСЛИЛ, рассчитав место возможной галереи. Очевидно, надо просто хорошо искать. Столетиями ходили люди рядом с картинами и не находили ничего. И Окладников ходил там в сороковых годах, и группа из Новосибирска работала – нет ничего. А Леонов взял и нашел.

Николай Кривомазов

Открытие и гибель Дубынинских писаниц

– Эти писаницы – мировое, в сущности, открытие. Октябрь просто голову потерял. Он говорил, что «Ангарская деревня» его жена, а археология – любовница. Вот к этой любовнице он регулярно сбегал. Буквально тут же приехал в Братск академик Окладников, – рассказывает Наталья Луканкина.

Журнал «Вокруг света» №4, 1976 год

Вот передо мною древний лось. Его задние ноги не уместились на камне, тонкие передние с трудом удерживают тяжелое могучее тело, а под вытянутой вперед мордой – фигуры танцующих человечков в рогатых головных уборах… На соседней скале – снова сохатый, снова человечек и семь точек. То ли возраст зверя обозначен, то ли число убитых зверей, то ли… первый календарь. Разве не мог охотник каменного века знать фазы Луны, а они меняются через семь – магическое число для древних! – дней.

<…>

Алексей Павлович Окладников долго водит пальцем по шероховатому диабазу, нащупывая едва заметные вышлифованные камнем по камню бороздки, и говорит, что, возможно, здесь был другой, более ранний рисунок.

– Какой же?

– Похоже, что носорог…

– А по-моему, древний сибирский бык, бизон, – говорит Леонов.

– Может быть, может быть… – бормочет Окладников. – А возможно, все-таки и шерстистый носорог.

<…>

Огромные круглые глаза взирают с пятиметровой высоты… Сходные загадочные личины находили и в Минусинской котловине, и на нижнем Амуре, и в долине Уссури.

Змеевержец со сколотой, к сожалению, головой попирает ногами клубок змей, которые, по древним тунгусским легендам, проложили дорогу воде.

<…>

Окладников, придирчиво рассматривая рисунки, размышляет вслух:

– Одни видят в петроглифах непосредственность реалистического восприятия людей прошлого. Других привлекает дерзкая смелость экспрессии и мудрая скупость рисунка. Третьих – и это главное – волнует возможность проникнуть в самую душу предков, в их мысли и мировоззрение, да-да – именно в мировоззрение! Мы относимся к последней категории, так, Октябрь Михайлович?

Леонов согласно кивнул.

<…>

Не очень-то доверяя глазу, Окладников прислонил ладонь к холодному камню, как бы на ощупь проверяя ткань рисунка.

– Нет никакого сомнения, – сказал Алексей Павлович, – эти рисунки очень похожи на карельские и скандинавские петроглифы. Рискованная, как казалось некоторым, гипотеза о связи наскальных рисунков Сибири и Западной Европы, а, следовательно, о контактах столь отдаленных друг от друга людей каменного века, об обмене материальными и духовными ценностями получает еще одно доказательство. Я уже находил такие подтверждения. Это схожие изображения лодок с сидящими в них стилизованными фигурками людей, рогатые и хвостатые человечки, как на петроглифах и бронзовых бритвах Швеции, лучистое колесо, похожее на то, которое в ночь на Ивана Купала зажигали и катили с гор наши языческие предки. Это означает, что Ангара – река жизни – водила древних обитателей Сибири и на запад, и на восток…

Николай Кривомазов

Открытие и гибель Дубынинских писаниц

В фонде Объединённого музея истории освоения Ангары хранится, вероятно, черновик под названием «Паспорт памятника истории и культуры СССР», напечатанный, судя по всему, Октябрём Леоновым, где по графам расписано: наименование – Дубынинская писаница; датировка памятника – возможно ХV, вероятнее VIII по II тысячелетие до нашей эры; адрес памятника: Иркутская область, Братский район, с. Дубынино, 51 км ниже Братской ГЭС по Ангаре.

И описание:

Дубынинская писаница состоит из 35 композиций и отдельных рисунков петроглифов, расположенных на плоскостях скал, почти вплотную примыкающих к воде. Высота расположения рисунков от современного уровня реки – от 4 до 12 метров. Всего рисунков, по предварительным подсчетам, 96, но, возможно, имеются ещё не обнаруженные. Рисунки зачастую объединены в композиции из изображений лосей и антропоморфных фигур, птиц и антропоморфных фигур, эротических сцен и др. Петроглифы расположены на участке длиной 2,5 километров вдоль берега Ангары (кроме композиций из двух антропоморфных фигур на правом берегу р. Кутармы, притока Ангары). Памятник открыт в начале ноября 1976 г. отв. секретарём Братского отделения ВООПИиК Леоновым О.М. В ноябре же обследован А.П. Окладниковым, раскопок в районе писаницы не проводилось.

Писаницам оставалось существовать на суше буквально считанные месяцы. К весне 1976 года они должны были уже скрыться под водами Усть-Илимского водохранилища. В общем-то, вода и должна была помочь вывезти участки скал. Идея Октября Леонова в целом была изящной – если бы пришлось вывозить скалы с суши, вряд ли нашлась бы техника, способная поднять камни, а главное, пройти сквозь лес к писаницам. К участкам писаниц, которые отняли у скалы, приделали буи, чтобы их можно было найти на поверхности воды.

У Октября Леонова уже был опыт вывоза писаниц вместе со скалами. Правда, не совсем удачный. Вывезти удалось только «Пасущегося лося» (которого в 1937 году нашел академик Окладников), хотя планы были куда как больше.

Газета «Восточно-Сибирская правда» 15 января 1974 года

Памятники будут спасены

…Братчане решили вывезти целиком не только диабазовые блоки с рисунками, но и прилегающие к ним обломки скал и расположить их на новом месте точно в таком же порядке, создав ландшафтную обстановку, наиболее приближенную к реальной. Что и говорить, задача эта не из легких. Основные блоки весят по 25-30 тонн, а всего нужно вывезти около 300 тонн диабазовых глыб. Весной будущего года, как только сойдет снег на берегах Ангары, бригада такелажников начнет готовить намеченные глыбы к вывозке, а осенью они будут баржами доставлены в Братск, где затем будут установлены на площади Тысячелетий или на территории намечаемого архитектурно-этнографического филиала Братского краеведческого музея.

О. ЛЕОНОВ,

ответственный секретарь президиума совета Братского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры

Помня неудачу 1974 года, Ленов, надо полагать, очень опасался её повторения.

– Октябрь написал в Институт электросварки имени Е.О. Патона в Киеве – есть ли возможность вырезать блоки в скале плазмой. Там ответили, что есть, но источник энергии должен быть очень мощным. Никакие передвижные генераторы не могли дать такой мощности. И вроде бы ГЭС в 51-м километре, но кабель на такое расстояние тянуть – это утопия, конечно. Но отдельно стоящие камни можно было оторвать. Я знаю, что ездили взрывники, закладывали небольшие заряды, сверлили, забивали анкера, но когда подошел плавкран и начал поднимать их, стало понятно, что взрывники не оторвали скалы от основания, – рассказывает Наталья Луканкина.

Открытие и гибель Дубынинских писаниц

– Октября Леонова почему-то не было в момент, когда поднимали эти блоки из воды. Следить за качеством работ должны были две женщины, но у них не было опыта такой работы. Один блок не смогли поднять, и он под своим весом оборвал крепления, у другого оторвался сигнальный буй, третий просто выпал из сетки – был плохо оплетён, при подъёме другого блока баржа накренилась, а потом вылетели анкера, один буй оторвался, – говорит Максим Глушенко. – Относительно недавно ветераны музея собрались у памятника Леонову, откуда простирается вид на другой берег Ангары, где были писаницы, но никто уже не смог указать точного места их расположения. Точнее, каждый показывал своё место. 

– Нет, вряд ли кто-то сейчас найдёт эти писаницы на дне. Створы были обозначены красными лентами, когда ещё не было затопления. Первые 15 лет после смерти Леонова никто и не заикался о писаницах, а сейчас что там уже искать? – сетует Наталья Луканкина.

И про «пасущегося лося»

– Этот лось стилистически не соответствует остальным рисункам лосей. Он более архаичный, несуразный, и очень много следов предыдущих изображений палимпсест* – проглядывают линии, оторванные от контекста. Есть две техники нанесения рисунка – выдалбливание и прошлифовка. Судя по всему, разные поколения постарались. Линии туловища, глаз (действительно трех) и ушей выдолблены, а линии головы, рогов и серьги под горлом пришлифованы. Сначала было смешно читать у Окладникова, что там носорог. Просто специалисты знают, что Окладников упорно искал палеолитическое искусство в Сибири на открытых пространствах, потому что в Европе нашли, а мы чем хуже-то? Поэтому он за уши притягивал, что стилистически на шишкинских писаницах – это палеолит, не очень обосновывая это. Но этот лось совершенно нетипичен для всех остальных, более изящно изображенных лосей Ангары. Интерпретация Алексея Павловича Окладникова, что было изображено вымершее животное из палеофауны и потому непонятное для людей неолита-бронзы, которые его переделали в лося, имеет основание. Тогда перед нами действительно самый древний рисунок Восточной Сибири. Самый древний и самый живучий, остальные затопило, – говорит Максим Глушенко.

Кирилл БАКУРКИН

*Памятник «Пасущийся лось» был открыт академиком А.П. Окладниковым в 1937 г. на острове Ушканий (сейчас этот остров находится под водой Усть-Илимского водохранилища) и отнесен к неолиту (8-5 тыс. лет назад). Прожив сложную жизнь с момента открытия, сейчас этот памятник стоит на входе в «Ангарскую деревню».

**Писаницы – традиционное название памятников наскального искусства Урала и Сибири. Относится как к произведениям, нанесённым краской, так и выполненным за счёт удаления части скальной поверхности (петроглифам).

*Палимпсест – в древности так обозначалась рукопись, написанная на пергаменте, уже бывшем в подобном употреблении. Позже это понятие было распространено и на наскальные росписи.

Фотографии Юрия Борика

Известный в Братске фотограф Альфонсас Уникаускас предложил съездить с ним на Дубынинские пороги. У него было задание сфотографировать обнаруженные там наскальные рисунки для журнала «Вокруг света». Вот эти наскальные рисунки, которые я снял на свой фотоаппарат «Зенит Е» и на обычную чёрно-белую плёнку, – рассказывает Юрий Борик (на снимке внизу).

Открытие и гибель Дубынинских писаниц

Похожие статьи