Свежие новости

20 Янв 2021
ВЛАДИМИР СОЛОВОВО: «МОЯ ЖИЗНЬ»
Новости

ВЛАДИМИР СОЛОВОВО: «МОЯ ЖИЗНЬ» 

ВОСПОМИНАНИЯ ПЕРВОСТРОИТЕЛЯ ГОРОДА БРАТСКА

По официальным документам 31 декабря 2020 года Братскому лесопромышленному комплексу исполняется 55 лет. Но обычно праздничные даты – дни рождения БЛПК – предприятие отмечает осенью, вместе с профессиональным праздником. Поэтому огромное количество поздравлений БЛПК уже получил. Тем не менее, мы решили напомнить вам о том, что круглая дата ещё впереди, и она совпадает с новогодними праздниками.
БЛПК — одно из крупнейших предприятий Сибири, которое входит в состав Группы «Илим» – лидера российской целлюлозно-бумажной промышленности. Ежегодная производительность братского комбината – более 1 миллиона тонн продукции. Здесь выпускают более трети всей российской целлюлозы. Это результат труда более чем 6 000 человек.
Недавно житель Братска Артём Соловово, разбирая архивы своего дедушки Владимира Александровича Соловово, нашёл его мемуары, которые он писал пять лет назад, к 50-летию БЛПК. К сожалению, дедушки уже нет, рассказал Артём, но в своих воспоминаниях он оставил не только память о себе, но и о городе, которому посвятил свою жизнь. Редакция газеты «Знамя» предлагает вашему вниманию эти записи.

ВЛАДИМИР СОЛОВОВО: «МОЯ ЖИЗНЬ»
Владимир Соловово

На место в Центральном округе Братска, где сейчас пышно и горделиво раскинулись многоэтажные дома, строители пришли раньше, чем вышло постановление Совмина о строительстве БЛПК. Я до октября 1959 года работал в УСД мастером на благоустройстве поселка Падун, а 15 октября был направлен на ЛПК строить первую улицу. Она начиналась в буквальном смысле «от сосны». Эта улица сейчас носит имя Обручева, а на месте, где стояла сосна, стоит дом, на стене которого изображена сосна. Улицу Кольцевую строили лесники. Бригадирами наших бригад были Серпиков и Николай Петрович Торопов. Мы делали лесоотводку, сыпали скальный грунт из карьера Сухой Лог, отсыпали гравий на магистральную дорогу. Теперь это улица Пионерская. Также строили дорогу от нынешней автостанции до БЛПК. Она называлась «Город — БЛПК». Ещё до 1958 года, т. е. до года объявления о строительстве БЛПК, уже были построены дома и другие объекты соцкультбыта на улице Кольцевой — это так называемый район МДО-151. Возможно, память меня немного подводит, но, как мне думается, к 1959 году вдоль улицы Кольцевой уже были построены коттеджи, магазин, роддом, пожарное депо, конторы-офисы комбинатов Братска и предприятий по очистке затопляемых земель. Город предназначался для переселения людей из зоны затопления Братской ГЭС. Кроме этого, к 1959 году были построены все дома и магазины из бруса в микрорайоне № 8, а на предзаводской зоне БЛПК уже были возведены коробки зданий из кирпича: столовая, проходная и заводоуправление. Строились дома частного сектора в районе будущего телецентра. Микрорайон № 2 был по периметру огорожен колючей проволокой, и там фундаменты нулевого цикла возводили зэки — 600 человек. Кто построил дома из бруса в микрорайоне № 8, я не знаю. У нашего УСД было два генподрядчика. Это Жилстрой и УС БЛПК. Их начальниками были И.В. Волков и Рахманов. Многие в ИТР Жилстроя были опытными специалистами в сложившемся коллективе, в том числе и мой сокурсник Валентин Михайлович Шпак. Он строил всё на предзаводской зоне БЛПК и др. объекты. Моим прорабом на строительстве дорог был Аркадий Михайлович Трофимов, а вторым его мастером — Гриша Гурвич, мой однокурсник. Он приехал в Братск на неделю раньше меня и жил в одном из бараков, которые построили зэки. На так называемом участке № 4, там теперь ТПК — теплицы. Об этих бараках зэков упоминает в поэме «Братская ГЭС» Евгений Евтушенко:
Ах слава тебе, Господи!
Им волю дали всем,
а лагерь этот горестный
стоит пустой совсем.
И ладно ли, не ладно ли —
Приезжих тех ребят
В бараках старых лагерных
пока определят.
Пускай цветы таёжные
Стоят красным-красны,
Чтоб снились не тревожные,
Не лагерные сны.
Вы стройте что вам хочется,
Лишь только б не для зла.
Два первых месяца своей карьеры я работал в Падуне, где жил в шикарном общежитии, и до весны ездил на ЛПК на одном из двух служебных автобусов. Весной 1960 года мне дали койко-место в общежитии № 13 на ул. Пионерской, где уже жили Боря Гринберг, Дима Лебедянский, Сергей Комаровский, Гриша Нестеренко, Толя Хатышев и другие известные люди. Все они строили котельную на улице Южной и дома. Мужчины-рабочие жили на «палатках», а все девушки — в хороших брусчатых общежитиях в микрорайоне № 8. На «палатках» была столовая, контора УС БЛПК и Спецстроя. В этот отдалённый район «не зарастала народная тропа», так как здесь было оживлённое пешеходное движение. Несколько домов в микрорайоне заселили без сдачи в эксплуатацию в недостроенном виде. Весной 1960 года мы начали благоустройство около этих домов и магазинов.
Небольшое дополнение. Мошка — этот безобидный гнус появлялся вдоль Ангары от Братска и до Богучан с 20 июня. «Вылетал» на Падунских порогах и свирепствовал до самых морозов. Гнус являл собой настоящее бедствие для людей и животных. Кто не застал и не испытал на себе, не поверит. Наиболее ужасной разновидностью мошки был мокрец. Он не отличался по виду, но залезал под одежду и ближе к кровеносным сосудам. Можно сказать, выгрызал кожу и пил кровь. У многих на запястьях, щиколотках ног, на ушах, под глазами были синие пятна, которые сильно чесались и распухали. Когда вокруг Братска стали вырубать леса и самое главное — затопили пороги, мошка почти исчезла, но на Богучанах и на севере Байкала она зверствует и сейчас. Так что людям нужно уничтожать мошку, а не друг друга.
Мой коллега и товарищ Юрий Дормидонтов рассказывал, что с 1985 года он работал топографом вдоль Ангары на створах Братской ГЭС, Усть-Илимской ГЭС и Богучанской ГЭС в глухомани. А в редких глухих деревнях было такое правило — преступников судили на сходе деревни и приговаривали на съедение мошкой. Через неделю от привязанного на съедение в тайге преступника оставались лишь кости. Возможно, это были лишь местные байки. Но народ их рассказывал друг другу.
Когда в 1954 году начали возводить Братскую ГЭС, стройку сильно рекламировали, так как очень нужны были люди для работы в глухомани, на морозе и без жилья. На берегу тогда поставили палатки – большие, на деревянных каркасах. В них с семьями и детьми жили те, кто работал на льду, перекрывая Ангару, а потом в котловане. Половину реки перекрыли досрочно — со льда в марте 1957 года, а вторую половину в июне 1959 года, но уже с моста, без палаток. Палатки рассчитывались на 40 коек. Позже мы в таких жили, когда копали картошку на колхозных полях.
Припоминается мне и такая история. Когда в зиму 1956-1957 годов люди работали на льду Ангары, в палатках началось воровство, кто-то лазил по сундучкам. Главный начальник стройки созвал людей и поручил без суда и следствия поймать на месте преступления – и в прорубь в Ангару. Так, без огласки, воровство пресекли на долгие годы. Потом в шикарных общежитиях двери долгое время не запирались совсем, и при этом ничего не пропадало.
Все пилорамы местных леспромхозов работали на Братск, много домов строили из бруса. Решили зимой со льда, с середины реки, опустить вдоль реки сруб и засыпать внутрь гравийную массу. Получилась стена-остров. Затем такой же сруб опустили от середины к правому берегу. Течение пошло по половине реки, и уже без сруба отошли от берега и отсыпали перемычку из гравийной массы. Получился громадный пруд, из которого откачали воду, т. е. осушили котлован. На сухом дне реки забетонировали опоры для моста. Уложили балки по ширине моста, поставили краны и пошёл бетон в тело плотины с правого берега. А вода текла между продольной поперечиной и левым берегом. К лету 1959 года от продольной перемычки до левого берега построили мост на сваях. Разобрали две поперечные перемычки у котлована правого берега. Там уже возвышалось бетонное тело плотины с гребёнкой моста для пропуска воды. Затем с моста отсыпали реку поперёк до левого берега диабазовыми глыбами. Вода пошла через гребёнки у правого берега. «Ура!!! Ангару перекрыли», — сказал тогда Степан Устинович Кулешов. Перекрытие летом 1959 года половины реки было большим мировым событием. На него пригласили сенатора США Гарримана. Видимо, не хотелось позориться нашим бездорожьем. В Братске с дорогами было не «окей», но положение спасало то, что прямо к ГЭС подходили железнодорожные пути как на правый, так и на левый берег. Это чудо сотворил «ЖелАнгарскСтрой» — министерство транспортного строительства. Так что, можно сказать, ГЭС строилась при комфортном транспортном обеспечении.

Похожие статьи