Свежие новости

18 Май 2022
МАШИНА ВРЕМЕНИ
Новости

МАШИНА ВРЕМЕНИ 

АЛЕКСАНДР ЯКОВЛЕВИЧ АМИРОВ УЗНАЛ СВОИХ ОДНОКЛАССНИКОВ НА ФОТОГРАФИИ, ОПУБЛИКОВАННОЙ В ГАЗЕТЕ «ЗНАМЯ»

Удивительная история произошла недавно с нами. В редакцию газеты «Знамя» пришёл человек со своей газетой «Знамя». На её уголках были какие-то пометки, и мы сразу забеспокоились: сейчас что-то случится. Так оно и произошло. Александру Яковлевичу Амирову, жителю Братска (он с улицы Обручева), в этом году восемьдесят лет. Он уже не первое десятилетие выписывает «Знамя», и когда вдруг в одном из январских номеров увидел чёрно-белую фотографию, сразу понял, что он когда-то где-то её видел. Стал внимательно к ней присматриваться, и точно: вот это он, девятиклассник. А вот Гена Бутаков – в верхнем ряду, в белой рубашке. В общем-то и статья посвящена ему, бывшему редактору областной газеты «Восточно-Сибирская правда». Статья называется «Братские страницы Геннадия Бутакова» («Знамя», N 3, 21 января 2022 г.).

Ирина ЛАГУНОВА, фото автора

Для Александра Яковлевича этот газетный лист оказался «машиной времени». Спустя шестьдесят с лишним лет все его мысли возвращались в 1959 год. Сейчас он хотел бы разыскать эту фотографию в оригинале. Но она могла быть только в архивах самого Геннадия Бутакова, который умер в 2016 году.
Для редакции личная история Александра Яковлевича Амирова стала уникальным невероятным случаем, и мы приготовились его слушать. Он надеялся, что, может быть, кто-то ещё из его бывших одноклассников 1959 года тоже вдруг увидел эту фотографию и обратится в редакцию…

МАШИНА ВРЕМЕНИ

Гена Бутаков рассказывает, что школа выделялась спортивными достижениями, особенно лыжными, — говорит Александр Яковлевич. – Вот он пишет: «В нашем классе Боря Пороценко и Володя Беломестных (позднее он станет председателем областного общества «Локомотив») выбегали на «десятке» за мастерский норматив, перворазрядниками были Алла Проскурякова и Лёша Сухих. Даже я стал разрядником». А кого я знаю на этом снимке… Ну, во-первых, в верхнем ряду, в белой рубашке – это и есть Гена Бутаков. В вашей статье об этом не говорится. Кого-то из одноклассников Гена назвал по фамилиям, кого-то я помню. Рядом со мной стоит Юра Огородников. Вот Беломестных – мы с ним ходили на лыжах. Вот Володя Кузнецов, он мне на следующий год, можно сказать, жизнь спас. Вот Алексей Сухих, их было два брата, у них мать работала в банке. А это Меньшенин Жора. Вот Вера Нечаева по девичьей фамилии. Это Алла Проскурякова, она тоже лыжница, мы занимались у одного мастера спорта в Заверняйке, у Васильева. Гена Бутаков про неё пишет в воспоминаниях. К сожалению, девчонок из класса я мало помню.

МАШИНА ВРЕМЕНИ

Жизненная история самого Александра Яковлевича Амирова очень тесно связана с Братском. Здесь он прожил почти всю свою сознательную жизнь. В советские годы, да и позже, был очень известным и уважаемым человеком в городе. Те, кто когда-то работал рядом с ним, или как-то был с ним знаком, вспоминают его только в превосходных степенях.

Рассказывают, что одно время он возглавлял городское автотранспортное предприятие в Падуне, и это были лучшие времена АТП. Говорят, что это был умнейший человек в своём деле, профессионал, очень порядочный. Но, как и многие добрые люди, страдал от партократов и номенклатурной системы, которая требовала к себе почтения, безусловного подчинения и согласия со всеми её идеями, даже самыми бредовыми.

МАШИНА ВРЕМЕНИ

Я с родителями приехал в старый Братск в 1957 году, — вспоминает Александр Яковлевич. – В 1959 году учился в девятом классе. У нас и правда был очень спортивный класс. Гена Бутаков тоже был лыжником. Вот это мой квалификационный билет спортсмена. Мне его выдали в девятом классе, в том же году присвоили второй лыжный спортивный разряд. Мы с родителями жили в старом Братске на улице Набережной, 32. На фотографии слева здание нашей школы. Гена про неё пишет: «Утопающая летом в зелени бревенчатая двухэтажная школа, учительские династии потомственных сибирских интеллигентов, бережно пестующих подрастающую поросль». Так всё и было. А приехали мы в старый Братск из Читинской области. Отец работал в Угольной, не доезжая до Читы. Ушёл на пенсию через двадцать лет работы в шахте, и мы приехали сюда, я сразу пошёл в восьмой класс. А почему мы приехали сюда? Потому что мой старший брат Николай в 1954 году окончил финансовый институт и ему дали направление в Братск. Он здесь долго потом жил и работал финансистом на комбинате «Братсклес». Комбинат тогда был единственной крупной организацией в старом Братске, и тогда вот-вот здесь всё начинало строиться. Разворачивалась грандиозная стройка, сразу несколько всесоюзных ударных коммунистических. Директором нашей школы уже был Иноземцев, ему потом присвоили звание почётного гражданина Братска. Он здесь поднимал всё образование. При нём спорт в школе процветал, основное наше занятие – лыжи, коньки. Мы были очень спортивными, подготовленными.
Александр Яковлевич вспоминает, что во многом это был «дворовый» спорт, как и во многих сёлах, посёлках и городах того времени. Школьники расчищали лёд, катались на коньках, играли в хоккей. Дом, в котором жила семья Амировых, очень удачно был расположен для спортивных увлечений.

Мы жили всего в двадцати метрах от того места, где сливались Ангара и Ока, — рассказывает он. – И вот в том месте, где Окуша замерзала, мы чистили лёд. Я подружился с Кузнецовым, с Сухих, как и многие, мы ходили на лыжах, играли в хоккей.
Александр Яковлевич вспоминает, что после окончания девятого класса поступил работать моряком на катер.

МАШИНА ВРЕМЕНИ

Рядом с нами тогда была организация – автоводнотранспортный участок Братсклеса. Я там работал летом, а после летней навигации опять пошёл в школу, в десятый класс. С учёбой у меня были перерывы. Какой-то особой дружбы с Геной Бутаковым у нас не было, что-то помню, что-то нет. Увидел в газете фото, взглянул на него и сразу узнал одноклассников, начал приглядываться, естественно. Из этого списка вам никто не звонил? Целая эпоха прошла. В этом году мне восемьдесят, а тогда я был пацаном. Мне было пятнадцать лет, когда мы приехали в старый Братск.
Мыслями Александр Яковлевич снова и снова возвращается в Братск своей юности, которого уже нет, который давно ушёл под воду Братского моря. Рядом с двухэтажной деревянной школой была больница, и рядом же Дом культуры. С больницей и школой связана его страшная личная история.

На Новый год в школе меня взяли в Дед Морозы. Так 30 декабря 1960 года я «сгорел». Это был случайный поджог бенгальским огнём, я в десятом классе учился, а Дедом Морозом пошёл проводить праздник в восьмой класс, девчонка подожгла бенгальский огонь, а я был рядом – в костюме с медицинской ватой, и вата загорелась с руки, всё лицо обгорело. Тогда Володя Кузнецов и спас мне жизнь. Схватил меня и опрокинул в бочки с водой, которые тут же стояли. Всё закончилось больницей, в которой я тогда пролежал полтора месяца, а потом ещё и ездил в Гидростроитель к хирургам на операцию, потому что не всё правильно срослось, врачи не досмотрели. Оперировали меня тогда молодые хирурги Пак и Зверев, зашили меня как надо. Пак потом был очень известен, жил в Иркутске, умер не так давно.
Вот так горько начинался для Александра Яковлевича 1961 год. Одно из впечатлений – новые деньги после реформы. Их принесли ему в больницу показать. Здоровье его уже шло на поправку. После болезни, в зиму 1961 года, Александр Яковлевич окончил курсы судоводителей, весной сдал экзамены и получил квалификацию капитана теплохода.
Вся его дальнейшая жизнь позже была связана с транспортом, но только уже не водным, а автомобильным. В 1965 году он поступил в Иркутский политехнический институт, в Братске тогда обучали на дневном отделении.
Кстати, в начале шестидесятых Александр Яковлевич участвовал в перевозке старого Братска на новое место. Многие старожилы-первостроители ещё помнят старый металлический железнодорожный мост с пролётами – через него поезда ходили на Лену от Заверняйки. Дорога огибала гору Коврижка и уходила в Заярск. Александр Яковлевич был свидетелем разборки этого моста.

Мост был громадный, — вспоминает он. – Пролёты грузились на баржи, и их увозили в Зиму. В 1961 году произошёл такой случай. Баржу закрепили под пролётом для погрузки, и, видимо, плохо закрепили якорями, а под мостом, где сливались Ангара с Окой, было большое течение, якоря стали сдавать, и мы пошли туда на катерах на спасение баржи. Подошли на пяти-шести катерах и упёрлись ими в баржи. Хорошо помню, как мы удерживали баржу, пока там закрепляли якоря, чтобы её не унесло на пороги.
Из воспоминаний Геннадия Бутакова: «…Наш посёлок и строился как времянка. Ряды сборно-щитовых домиков на склоне меж двух сопок, лесоперевалочное хозяйство на берегу, рядышком лесоповальная зона с колючкой, прожекторами и бараками. Школа-восьмилетка в посёлке была, а вот в 9-ом и 10-ом классах мы уже учились в старом Братске. Летом старшеклассников (благо, их было немного) перевозил попутный кошельный катер серии «Д» («Дон», «Дунай», «Днестр»). Зимой, когда бульдозер срубал двухметровые ледяные торосы вставшей Ангары, ходили пешком через реку, а ширина её, не соврать бы, километра три. А вот весной и осенью, во время ледохода и ледостава, добираться приходилось по шпалам дороги Тайшет-Лена, по мосту над Похмельным порогом и через гору Заверняйку. На горе Заверняйке, нависающей над рекой, где поворачивали к пристани «Карл Маркс» и «Фридрих Энгельс» и откуда открывался потрясающий вид ангарских просторов, мы и попрощались со школой».
Старый Братск переселяли постепенно, грузили на баржи мастерские. В районе посёлка Комсомольский, вспоминает Александр Яковлевич, как ехать на БЛПК, была пристань.

Она и сейчас там есть, — говорит он.
Через два года, в 1967-ом, студент Александр Амиров вместе со своими однокурсниками уехал в Иркутск на третий курс политехнического института, на факультет «Автомобильный транспорт». В 1970 году окончил вуз и вернулся в Братск по распределению в автотранспортное пассажирское предприятие. Вот здесь и начиналась его славная служебная карьера в АТП, о которой с особенной теплотой вспоминают те, кто его помнит — братчане-старожилы. Когда придёт время, именно с автотранспортного предприятия он уйдёт на пенсию, но это будет ещё не скоро – уже в новейшей истории Братска.

Вот здесь, на АТП, я и «осел», — рассказывает Александр Яковлевич. – Начинал начальником профилактория для технического обслуживания автомобилей. Сейчас АТП наполовину урезано по сравнению со своей прошлой историей, размах уже не тот, а когда-то здесь насчитывалось до тысячи работающих – водители, кондукторы, слесари…
Трудовая биография на АТП шла у Александра Яковлевича в гору, до определённого момента. Был старшим механиком, старшим инженером. Он вспоминает, что в 1975 году директором предприятия был Георгий Николаевич Шкерин: «К нему меня и направили». Шли кадровые изменения.

Директором первого пассажирского автотранспортного предприятия в Падуне – МП АТП-1 – я проработал до 1980 года. Оно, кстати, начиналось со старого Братска – в основном это, конечно, был коллектив. Какой-то особой технической базы со старого Братска не перевезли, её не было. Мы же открывали движение и на Усть-Илим, организовывали движение на Богучаны. То есть, были родоначальниками северных пассажирских перево­зок и даже осуществляли перевозку в посёлке Октябрьский в Чунском районе. Базы там не было, и мы на ремонт пригоняли автомобили в Братск.
Семидесятые годы прошлого советского столетия для братского автотранспортного предприятия были благодатными. В 1977 году АТП во главе с Александром Яковлевичем заняло третье место в СССР в соцсоревнованиях. Тогда братских автотранспортников поощрили, вручили переходящее Красное знамя. В 1980 году он ушёл с должности, и этому предшествовала история, когда ему, руководителю успешного предприятия, местная партийная номенклатура предложила перейти на молокозавод, где автотранспортный участок представлял собой убогое зрелище, и по сути был развален. Из двадцати молоковозов только два оставались исправны и годились для перевозки молока. В конце концов это предложение так ничем и не закончилось, потому что кадровые вопросы по братскому АТП в то время находились в компетенции Иркутского областного автотранспортного управления.
Жизнь шла своим чередом, уже на горизонте маячили перестроечные времена, после чего экономика страны оказалась в руинах. Какое-то время Александр Яковлевич работал начальником эксплуатации в том же пассажирском автопредприятии в Падуне. В 2004 году к АТП отошло автотранспортное предприятие центральной части города, в виде первой пассажирской колонны. В 2006 году Александр Яковлевич всё-таки решился на переезд из Энергетика в Галачку, и соответственно занял там должность начальника службы эксплуатации колонны, а в 2009 году ушёл на пенсию.
Время идёт, что-то стирается из памяти, что-то остаётся. История братского АТП всегда была очень многообразной и насыщенной – наверное, невозможно чего-то не упустить. Тем не менее, из таких воспоминаний складывается летопись Братска. И в очередной раз поводом для её продолжения стала обычная старая чёрно-белая фотография из прошлого – из юности человека, приехавшего в старый Братск ещё школьником, на чьих глазах вершилась история города, который позже назовут легендарным, и который спустя годы утратит особый ореол легендарности и долгие десятилетия останется большим промышленным центром севера Иркутской области.

Похожие статьи